Защитить семью: страховка, брачный договор и финансовый план. Интервью для РБК
С чего начинается разговор о защите семьи?
Первый вопрос, который я задаю: что произойдёт с вашей семьёй, если с вами что-нибудь случится и вы не сможете управлять своими активами? У кого есть доступ к счетам? Что произойдёт с долями в бизнесе? Как поступят партнёры? Есть ли у супруги и детей понимание, где какие активы находятся?
Эти вопросы вызывают дискомфорт. Это нормально. Именно здесь обнаруживается, что многие главы семей не готовы к рискам, которые реализуются неожиданно. Никто не планирует инсульт или инфаркт, никто не ожидает попасть под субсидиарную ответственность.
В большинстве случаев семья юридически не защищена: активы записаны на одного человека, договорённостей нет, папки с документами, логинами и контактами нужных специалистов не существует. Пока всё хорошо, этого не требуется. В критической ситуации отсутствие плана становится проблемой для самых близких.
Какие сценарии встречаются чаще всего?
Три сценария повторяются регулярно.
Смерть или тяжёлая болезнь главы семьи. Без завещания и без заранее выстроенной структуры активы уходят в наследственный процесс — шесть месяцев ожидания. Зачастую даже сам глава семьи не может сразу сказать, что и где размещено. Мы сталкивались с ситуацией, когда у вдовы не было наличных дома, а надо было кормить детей. Если есть бизнес — за это время он может потерять ключевых людей и контракты.
Бизнес-риски, которые приходят в семью. Налоговая претензия, иск контрагента, субсидиарная ответственность. Кредиторы забрали общую квартиру из-за проблем в бизнесе мужа — такие истории не редкость. Если бизнес и личные активы не разделены, всё, что записано на владельца, его супругу и детей, потенциально под угрозой.
Развод. Если нет брачного договора, всё нажитое в браке делится пополам, включая доли в бизнесе. Новый совладелец с пятьюдесятью процентами доли и нулевым интересом к операционной деятельности — распространённая история.
Вас до сих пор удивляет, что людей приходится убеждать страховать жизнь?
Удивляет. В 21 веке я продолжаю уговаривать людей страховать жизнь, будто убеждаю чистить зубы. Мы покупаем пасту за сто рублей, потому что понимаем: это дешевле, чем лечить кариес. Со страховкой та же история.
Человек с капиталом в 300 млн рублей смотрит на страховку за 70 тысяч в год как на дорогую и ненужную покупку. При этом если кто-то из семьи серьёзно заболеет — миллионы из активов пойдут на лечение. Сначала из запасов, потом из бизнеса, потом в долг. Долгосрочные цели — образование ребёнка, пассивный доход — придётся отложить. Медицинская страховка покрыла бы расходы без изъятия денег из бизнеса.
Страховка — фундамент финансового плана. Если есть ипотека и долги — покроет их при потере кормильца. Если есть долгосрочные цели — позволит их реализовать, даже если главы семьи не стало. Если в бизнесе несколько совладельцев — даст партнёру ресурс для выкупа доли у наследников без продажи бизнеса в неподходящий момент.
Я говорю об этом и потому, что у меня самого застрахована жизнь. Я не хочу, чтобы моя вдова жила хуже, чем моя жена.
Брачный договор воспринимают как оскорбление. Как вы это объясняете?
Воспринимать брачный договор как попытку обидеть супруга — устаревший стереотип. Его главная функция — создать юридическую стену между семейными активами и рисками бизнеса. По умолчанию всё нажитое в браке является совместным имуществом, и бизнес-риски одного супруга распространяются на это имущество.
Из практики: муж клиентки потратил семейные деньги, расплачиваясь за долги фирмы. Бизнес всё равно обанкротился. Брачный договор сохранил семье две квартиры — они были записаны как имущество жены и не участвовали в торгах. Другой случай: клиент сохранил $2 млн для семьи, переведя их в трастовую структуру задолго до возникновения проблем в бизнесе.
В договоре можно прописать разные режимы: пока в браке — на кого записано, тот и хозяин; при разводе — делим поровну. Важная оговорка: брачный договор, подписанный в момент, когда проблемы уже начались, будет оспорен в суде.
Что такое контур финансовой безопасности?
Многие владельцы капитала начинают с выбора инструментов и думают о доходности. Они упускают базовый элемент — резерв. В результате первые же сложности на рынке превращаются в вынужденную распродажу активов. Инвестирование без контура финансовой безопасности — это повышенный риск. Если резерва нет, инвестиционный портфель становится копилкой на чёрный день.
Контур состоит из двух частей.
Личный: резервный фонд минимум на шесть месяцев жизни на отдельном счёте, у супруги — собственный доход или инвестиционный портфель даже если она не работает, страховка жизни кормильца и страховка здоровья каждого члена семьи.
Семейный: брачный договор, семейный фонд для защиты капитала, чёткая структура активов, план преемственности.
Универсальной суммы резервного фонда не существует. Подушка безопасности должна давать ощущение спокойствия конкретной семье. Средства должны оставаться в доступе: накопительные счета, фонды денежного рынка, короткие облигации. Небольшая часть — наличными. Задача подушки не зарабатывать, а обеспечивать устойчивость.
Чем семейная финансовая стратегия отличается от инвестиционной?
Инвестиционная стратегия отвечает на вопрос: куда вложить деньги, чтобы они работали. Семейная финансовая стратегия отвечает на другой: что будет с семьёй при разных рисковых сценариях.
Есть ли резервный фонд и как долго он покрывает расходы без снижения уровня жизни. Есть ли страховка на случай тяжёлой болезни. Есть ли долгосрочные цели и накопления на них. Спланирована ли преемственность капитала.
В практике финансовый план начинается именно с этих вопросов, а не с выбора инструментов. Инструменты — решения для конкретных ситуаций, а не отправная точка. Инвестиционная стратегия — составная часть финансовой, а не наоборот.
Про преемственность — что здесь самое сложное?
Самое сложное — начать разговор с семьёй. Юридические инструменты — завещание, личный фонд, корпоративный договор — решают техническую часть. Но они работают только если за ними стоят реальные договорённости: кто и что получает, кто управляет, кто несёт ответственность.
Мы видели ситуации, когда всё было оформлено юридически безупречно — но семья не разговаривала о деньгах годами. После смерти владельца выяснилось, что наследники имеют принципиально разные представления о том, что делать с активами. Это привело к многолетнему конфликту.
И ещё один момент. Мы — первое поколение после 1917 года, которое оставит после себя материальное наследие детям. Здесь становится очевидным: кроме капитала важно передать то, что деньги сами по себе не передают. Отношение к ним. Привычки. Ценности. Понимание того, зачем всё это строилось.
С чего начать семье, у которой ничего не выстроено?
С инвентаризации. Проверить, какие есть активы, как они оформлены, какие документы существуют, кто о них знает. Потом — поговорить с семьёй. Затем — определить самые острые риски именно для этой семьи. Для одних это отсутствие страховки, для других — отсутствие брачного договора при высоких бизнес-рисках. У кого-то весь капитал в недвижимости и ноль ликвидности. Нужно расставить приоритеты и начать с того, что минимизирует наиболее вероятные риски.
Инструменты защиты работают только тогда, когда созданы до того, как возникла проблема. А чтобы они работали на семью — важно семью к этому подготовить.
Записаться на консультацию по планированию защиты семьи и семейного капитала в Rodin.Capital